Эксперт Общественной палаты Москвы рассказала о реализации программы реновации
С 2017 года программа реновации поставила перед собой масштабные цели и вызывала много вопросов. Спустя шесть лет мы можем оценить результаты работы, а также сделать прогноз на будущее. Мы попросили рассказать о программе и ее значении Лазутову Марию Николаевну, члена Общественной палаты города Москвы. Председатель Комиссии по образованию и науке, доктор исторических наук и общественный деятель с многолетним стажем, Мария Николаевна знает все аспекты городской инициативы и поделилась мнением с нашим корреспондентом.
«ВОСПИТЫВАЛИСЬ В ДУХЕ СЛУЖЕНИЯ ОБЩЕСТВУ»
С Марией Николаевной мы договорились встретиться у нее на работе, в Корпоративном университете московского образования. Мария Николаевна является советником директора университета, ведет лекции и занимается научной деятельностью. Давайте скорее познакомимся.
– Расскажите о себе. Где начался ваш жизненный и профессиональный путь?
Я родилась в селе в Пензенской области, в большой многодетной семье из 11 человек детей. Закончила сельскую школу, в которой работали прекрасные сильные учителя. Благодаря им мы получили не только хорошее образование, но и серьезную нравственную закалку. Сами учителя стали для меня примером: поступила в Пензенский педагогический университет на заочное отделение и одновременно осталась работать учителем немецкого языка и старшей пионервожатой в своей школе, постигать нелегкий педагогический труд.
– Когда вы поняли, что хотите стать общественником?
Еще в школе мы приучались к общественной работе и самостоятельности. В сельской местности возможности ограничены: только клубы и библиотеки — больше досуга и не было. Поэтому находили занятия в школьной и общественной практике. Мы были книголюбами и книгоношами, то есть разносили книги из библиотеки по домам, одновременно советуя, что еще можно прочитать, - рассказывает Мария Николаевна. - В школе был великолепный драмкружок, где каждый мог участвовать в театральных постановках, коротких выступлениях, репризах. Были и другие возможности проявить себя. Тогда мы воспитывались в духе, своего рода, служения обществу, полезности. Стал копиться опыт работы в разных направлениях, умения. Но, конечно, самое главное — формировался опыт работать с людьми. Общественный деятель — в селе он или в городе — всегда на виду. И ни солгать, ни обмануть, если что-то обещаешь, нельзя.
– Какие были направления деятельности?
После работы в Кирилловской средней школе меня пригласили на работу секретарем Земетчинской районной комсомольской организации. Мы организовывали соревнования среди молодежных бригад, туристические слеты для школьников, военно-спортивные игры «Зарница» и «Орленок». Большое внимание уделялось работе с ветеранами. Сейчас бы это назвали волонтерством, но тогда такого понятия не было ни в лексиконе, ни в политике государства, - рассуждает моя собеседница. – Именно в эти годы я стала депутатом районного Совета народных депутатов. Это дисциплинировало и учило отвечать за свои слова. Именно встречи с населением были проверкой на прочность твоего слова, умение донести проблемы людей до власти и попытаться их решить. Проблем было много: отсутствие дорог, нормального сообщения между населенными пунктами, обеспечение молодых учителей жильем. Многим детям приходилось далеко ездить в школу. Поэтому мы занимались также школьными интернатами, организацией подвоза детей.
– А как начали работать в Москве?
Заметили мои организационные качества, отношение к делу. Меня избрали секретарем областного комитета комсомола, где так же занималась проблемами образования и воспитания молодежи. Потом — работа в Центральном комитете Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодежи (ЦК ВЛКСМ). Там уже работала со студенческой и научной молодежью. Затем поступила учиться в аспирантуру Академии общественных наук в Москве (прим. сегодня это РАНХиГС), где защитила первую диссертацию кандидата исторических наук.
– Как попали в Общественную палату Москвы?
После работы в Администрации Президента России была назначена заместителем министра образования России — статс-секретарем, затем заместителем министра — статс-секретарем по делам СНГ. В результате постоянных реорганизаций федеральных структур (одно министерство появлялось, другое — упразднялось) я оказалась на работе в Государственной Думе. К тому времени накопился 29-летний стаж работы в государственных структурах. Я ушла на пенсию и перешла в Московскую систему образования. Являюсь научным экспертом РОО «Единая независимая ассоциация педагогов» (ЕНАП), от которой была рекомендована в Общественную палату города Москвы 2-го и 3-го созывов. В 4-ый созыв рекомендована по списку Мэра Москвы, являюсь председателем Комиссии по образованию и науке.
– В чем состоит деятельность Общественной палаты? Кто такие ее эксперты?
Палата — это общественный орган. В состав входят люди, известные не только в своей деятельности, но и в городском сообществе. Например, это главные врачи московских больниц, доктора и кандидаты наук, член-корреспонденты РАН, известные журналисты, публичные личности, руководители крупных общественных организаций города, — то есть те, кто имеет авторитет и является экспертом в своей области. Наша задача — обеспечить диалог власти и общества, свести интересы и тех, и других, чтобы избежать недопонимания.
– То есть, речь идет об общественном контроле?
Частично да. Общественная палата города проводит общественную экспертизу нормативно-правовых документов как федерального, так и городского уровня. Мы доносим информацию от населения. Скажу о себе. Да, ко мне прислушиваются в вопросах образования и воспитания, молодежного движения и других смежных сфер. Все члены палаты пользуются таким доверием.
«РАЗ ДАНО ПРАВО ПЕРЕЕХАТЬ, НАДО ИМ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ»
– Началась программа реновации, инициатива масштабная и сложная, требующая разъяснений. Как в этом направлении работала палата?
Когда только-только готовились нормативные документы для программы реновации, начали формировать Общественный штаб по контролю за ее реализацией. Деятельность мы распределили, в основном, по округам проживания. Я выбрала Юго-Запад, потому что живу в районе Новые Черёмушки. Застраивался он в 50-60-е годы, когда людей переселяли в пятиэтажки. Поэтому жилой фонд состоит, в основном, из «хрущевок», многие из которых теперь включены в программу.
– Какова была ваша деятельность в рамках Общественного штаба?
В первое время мы заседали каждую неделю, по два-три часа. Предстояло решить важную задачу — рассказать людям, что такое программа реновации. Поэтому вначале сами прошли обучение, чтобы разбираться во всех нюансах. Дальше разъясняли их жителям, лидерам общественного мнения. А те, в свою очередь, рассказывали о программе своим жителям, соседям, грамотно объясняя ее необходимость.
– А какую необходимость видели лично вы?
Мы все прекрасно знали, в каких условиях жили люди. Вот как-то приехала в гости в пятиэтажку к знакомой. Кухня маленькая, вдвоем еле разошлись; что-то в конструкции уже прогнило, были дыры в полу и т.д. даже сделанный ремонт не позволял привести жилье в нормальное состояние. Жить в таком доме становилось невозможно.
– И все же, более 5 000 домов вошло в программу реновации. Что за это время изменилось?
Когда мы показывали жителям проекты нового жилья, рассказывали о гарантиях - многие все равно не верили. Но, меняется сознание людей. Вижу это по своим знакомым. К счастью, пришло понимание сути реновации. А это, прежде всего, сохранение метража и получение квартиры даже большей площади, продуманность общественных пространств в новом доме: просторный подъезд, лифт, колясочная. Кроме того, есть возможность с помощью мотивированного отказа рассмотреть другой вариант.
Конечно, человек — существо сложное, и некоторые требуют большего. Встречаясь с населением, задаю вопрос: «Чего бы хотелось?» А в ответ: «Чтобы коридор был больше» или «чтобы на лестничной клетке было две квартиры» и т.д.
– А как работаете в таком случае?
Здесь выработалась четкая система. Я уже три года слежу за ценами на недвижимость в Москве и всегда имею информацию при себе. И могу сказать человеку: «Вы получаете это жилье бесплатно, взамен старой квартиры. И стоит она сейчас от 19 миллионов и выше». Найдутся ли такие деньги у бабушки, которая всю жизнь прожила в пятиэтажке? - делится Мария Николаевна. - Раз дано такое право, им надо пользоваться. Без программы неизвестно, когда бы расселили все эти дома.
Как я уже сказала, сначала было много разногласий, особенно, по проектам домов. А сейчас это уже улеглось, и остались точечные вопросы, проблемы конкретных жителей. Ими занимается большая группа профессионалов. И речь не только об Общественном штабе, но и обо всех структурах правительства города.
«РЕНОВАЦИЯ ОТВЕЧАЕТ СТАНДАРТАМ СОВРЕМЕННОГО МОСКВИЧА»
– В чем преимущество программы реновации для жителей?
Прежде всего, возможность жить в комфорте, который не каждый способен себе позволить. Далеко не все соседи могут, в силу материальных или других обстоятельств, сделать ремонт одновременно. А в самом доме — тараканы, плесень, аварийное состояние коммуникаций. И, получается, даже если житель сделал ремонт в своей квартире, нет гарантии, что его не коснется общее состояние дома.
– А какие плюсы для города?
Меняется внешний облик города, обновляется дизайн. Преображаются кварталы, улицы, районы, появляются новые парки, водоемы, места для физической активности, скверы между жилыми кварталами. Семье уже не нужно куда-то ехать, чтобы погулять: все есть рядом. Считаю, что нужно сделать специальную карту районов переселения, чтобы все могли увидеть эти изменения, - улыбается Мария Николаевна.
– Какие изменения видны в вашем районе, в округе? За последние 5-7 лет.
Перемены затронули все сферы. В здравоохранении происходит реорганизация учреждений — все поликлиники «подгоняют» под единый московский стандарт. Взять, к примеру, школы. По адресной инвестиционной программе, с 2011 года, построили 35 школ, 14 детский садов в Юго-Западном округе. До 30-го года в проекте заложено еще 20 учреждений. Стоит сказать пару слов об этой самой программе. Инициатива просчитывает изменения в районе на годы вперед: с учетом строительства новых домов по реновации, прироста населения, транспортной сети, образовательной инфраструктуры.
– Более 60 лет прошло с тех пор, как при помощи массового строительства пятиэтажек люди были расселены из бараков в дома. Сейчас мы видим, в чем-то, похожую историю. Есть ли отличия?
Конечно, есть. Во-первых, сегодня все делается с учетом московских реалий. 60 лет назад не учитывалась площадь жилья: маленькая кухня, санузел, недостаточное количество «квадратов» на одного человека. Многие в таких условиях прожили всю жизнь, приехав в Москву в 18 лет и так и оставшись в пятиэтажке. Второй фактор связан с наличием удобств в доме. Что мы видим в квартире по реновации? Это коммуникации, возможность провести интернет, телевидение. Это материалы, экологически чистые и применяемые специально в жилом строительстве. Это даже то, какие уложены полы и как легко они моются — ведь тоже очень важно.
– То есть, современная программа отвечает нашим реалиям?
Тогда человек переезжал в пятиэтажку из барака, он был рад получить жилье на порядок качественнее. И уже чувствовал себя человеком. Сейчас же поколения сменились. Сегодняшний житель Москвы многое видел, ездил по миру — и требования к стандартам жизни у него выше. И все равно можно с уверенностью сказать: реновация этот стандарт выполняет.
– А что будет с «реновационными» домами и квартирами потом, когда поколения вновь сменят друг друга?
Пройдет 20 лет, и вы увидите, что общество стало совсем другим. На те изменения, что сейчас происходят в Москве, люди будут смотреть уже совершенно иначе. Потому что сегодня общество формирует новую реальность. У старшего поколения, что переезжает из пятиэтажек, есть шанс, наконец, пожить в комфорте. И это достойное жилье они передадут своим детям, внукам, - рассуждает моя собеседница. - А, пожив даже полгода в новой квартире, человек привыкает к хорошему, так же, как когда-то привык к пятиэтажке. И уже с содроганием вспоминает прошлое.
– Что можно пожелать тем, кто уже живет в новой квартире? А кто только ожидает переезда?
Обращаясь к тем, кто уже переехал, скажу: друзья, жизнь коротка. Поэтому наслаждайтесь. Наслаждайтесь тем, что получили это бесплатно, и не нужно копить на квартиру. А если и нужно, — то уже на улучшение дальнейшей жизни, когда уже есть качественное жилье. И это должно очень сильно, морально и физически, вдохновлять на жизнь и новые свершения.
Людям же, что только ждут расселения своего дома, хочу пожелать быть уверенными в том, что они переедут в комфортное жилье. Стоит набраться терпения и ждать. А самое главное — знать, что о тебе кто-то заботится. Задача же есть одна, и очень важная: настроиться. И копить на новую жизнь в хорошей квартире, чтобы к радостному моменту переезда быть морально и материально готовым.
И еще. Могу сказать об одном: все, что касается реновации — это была личная инициатива Мэра Москвы С.С. Собянина, который, на мой взгляд совершил великое дело для очень большого количества людей.
Автор текста: информационная служба Фонда реновации
С 2017 года программа реновации поставила перед собой масштабные цели и вызывала много вопросов. Спустя шесть лет мы можем оценить результаты работы, а также сделать прогноз на будущее. Мы попросили рассказать о программе и ее значении Лазутову Марию Николаевну, члена Общественной палаты города Москвы. Председатель Комиссии по образованию и науке, доктор исторических наук и общественный деятель с многолетним стажем, Мария Николаевна знает все аспекты городской инициативы и поделилась мнением с нашим корреспондентом.
«ВОСПИТЫВАЛИСЬ В ДУХЕ СЛУЖЕНИЯ ОБЩЕСТВУ»
С Марией Николаевной мы договорились встретиться у нее на работе, в Корпоративном университете московского образования. Мария Николаевна является советником директора университета, ведет лекции и занимается научной деятельностью. Давайте скорее познакомимся.
– Расскажите о себе. Где начался ваш жизненный и профессиональный путь?
Я родилась в селе в Пензенской области, в большой многодетной семье из 11 человек детей. Закончила сельскую школу, в которой работали прекрасные сильные учителя. Благодаря им мы получили не только хорошее образование, но и серьезную нравственную закалку. Сами учителя стали для меня примером: поступила в Пензенский педагогический университет на заочное отделение и одновременно осталась работать учителем немецкого языка и старшей пионервожатой в своей школе, постигать нелегкий педагогический труд.
– Когда вы поняли, что хотите стать общественником?
Еще в школе мы приучались к общественной работе и самостоятельности. В сельской местности возможности ограничены: только клубы и библиотеки — больше досуга и не было. Поэтому находили занятия в школьной и общественной практике. Мы были книголюбами и книгоношами, то есть разносили книги из библиотеки по домам, одновременно советуя, что еще можно прочитать, - рассказывает Мария Николаевна. - В школе был великолепный драмкружок, где каждый мог участвовать в театральных постановках, коротких выступлениях, репризах. Были и другие возможности проявить себя. Тогда мы воспитывались в духе, своего рода, служения обществу, полезности. Стал копиться опыт работы в разных направлениях, умения. Но, конечно, самое главное — формировался опыт работать с людьми. Общественный деятель — в селе он или в городе — всегда на виду. И ни солгать, ни обмануть, если что-то обещаешь, нельзя.
– Какие были направления деятельности?
После работы в Кирилловской средней школе меня пригласили на работу секретарем Земетчинской районной комсомольской организации. Мы организовывали соревнования среди молодежных бригад, туристические слеты для школьников, военно-спортивные игры «Зарница» и «Орленок». Большое внимание уделялось работе с ветеранами. Сейчас бы это назвали волонтерством, но тогда такого понятия не было ни в лексиконе, ни в политике государства, - рассуждает моя собеседница. – Именно в эти годы я стала депутатом районного Совета народных депутатов. Это дисциплинировало и учило отвечать за свои слова. Именно встречи с населением были проверкой на прочность твоего слова, умение донести проблемы людей до власти и попытаться их решить. Проблем было много: отсутствие дорог, нормального сообщения между населенными пунктами, обеспечение молодых учителей жильем. Многим детям приходилось далеко ездить в школу. Поэтому мы занимались также школьными интернатами, организацией подвоза детей.
– А как начали работать в Москве?
Заметили мои организационные качества, отношение к делу. Меня избрали секретарем областного комитета комсомола, где так же занималась проблемами образования и воспитания молодежи. Потом — работа в Центральном комитете Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодежи (ЦК ВЛКСМ). Там уже работала со студенческой и научной молодежью. Затем поступила учиться в аспирантуру Академии общественных наук в Москве (прим. сегодня это РАНХиГС), где защитила первую диссертацию кандидата исторических наук.
– Как попали в Общественную палату Москвы?
После работы в Администрации Президента России была назначена заместителем министра образования России — статс-секретарем, затем заместителем министра — статс-секретарем по делам СНГ. В результате постоянных реорганизаций федеральных структур (одно министерство появлялось, другое — упразднялось) я оказалась на работе в Государственной Думе. К тому времени накопился 29-летний стаж работы в государственных структурах. Я ушла на пенсию и перешла в Московскую систему образования. Являюсь научным экспертом РОО «Единая независимая ассоциация педагогов» (ЕНАП), от которой была рекомендована в Общественную палату города Москвы 2-го и 3-го созывов. В 4-ый созыв рекомендована по списку Мэра Москвы, являюсь председателем Комиссии по образованию и науке.
– В чем состоит деятельность Общественной палаты? Кто такие ее эксперты?
Палата — это общественный орган. В состав входят люди, известные не только в своей деятельности, но и в городском сообществе. Например, это главные врачи московских больниц, доктора и кандидаты наук, член-корреспонденты РАН, известные журналисты, публичные личности, руководители крупных общественных организаций города, — то есть те, кто имеет авторитет и является экспертом в своей области. Наша задача — обеспечить диалог власти и общества, свести интересы и тех, и других, чтобы избежать недопонимания.
– То есть, речь идет об общественном контроле?
Частично да. Общественная палата города проводит общественную экспертизу нормативно-правовых документов как федерального, так и городского уровня. Мы доносим информацию от населения. Скажу о себе. Да, ко мне прислушиваются в вопросах образования и воспитания, молодежного движения и других смежных сфер. Все члены палаты пользуются таким доверием.
«РАЗ ДАНО ПРАВО ПЕРЕЕХАТЬ, НАДО ИМ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ»
– Началась программа реновации, инициатива масштабная и сложная, требующая разъяснений. Как в этом направлении работала палата?
Когда только-только готовились нормативные документы для программы реновации, начали формировать Общественный штаб по контролю за ее реализацией. Деятельность мы распределили, в основном, по округам проживания. Я выбрала Юго-Запад, потому что живу в районе Новые Черёмушки. Застраивался он в 50-60-е годы, когда людей переселяли в пятиэтажки. Поэтому жилой фонд состоит, в основном, из «хрущевок», многие из которых теперь включены в программу.
– Какова была ваша деятельность в рамках Общественного штаба?
В первое время мы заседали каждую неделю, по два-три часа. Предстояло решить важную задачу — рассказать людям, что такое программа реновации. Поэтому вначале сами прошли обучение, чтобы разбираться во всех нюансах. Дальше разъясняли их жителям, лидерам общественного мнения. А те, в свою очередь, рассказывали о программе своим жителям, соседям, грамотно объясняя ее необходимость.
– А какую необходимость видели лично вы?
Мы все прекрасно знали, в каких условиях жили люди. Вот как-то приехала в гости в пятиэтажку к знакомой. Кухня маленькая, вдвоем еле разошлись; что-то в конструкции уже прогнило, были дыры в полу и т.д. даже сделанный ремонт не позволял привести жилье в нормальное состояние. Жить в таком доме становилось невозможно.
– И все же, более 5 000 домов вошло в программу реновации. Что за это время изменилось?
Когда мы показывали жителям проекты нового жилья, рассказывали о гарантиях - многие все равно не верили. Но, меняется сознание людей. Вижу это по своим знакомым. К счастью, пришло понимание сути реновации. А это, прежде всего, сохранение метража и получение квартиры даже большей площади, продуманность общественных пространств в новом доме: просторный подъезд, лифт, колясочная. Кроме того, есть возможность с помощью мотивированного отказа рассмотреть другой вариант.
Конечно, человек — существо сложное, и некоторые требуют большего. Встречаясь с населением, задаю вопрос: «Чего бы хотелось?» А в ответ: «Чтобы коридор был больше» или «чтобы на лестничной клетке было две квартиры» и т.д.
– А как работаете в таком случае?
Здесь выработалась четкая система. Я уже три года слежу за ценами на недвижимость в Москве и всегда имею информацию при себе. И могу сказать человеку: «Вы получаете это жилье бесплатно, взамен старой квартиры. И стоит она сейчас от 19 миллионов и выше». Найдутся ли такие деньги у бабушки, которая всю жизнь прожила в пятиэтажке? - делится Мария Николаевна. - Раз дано такое право, им надо пользоваться. Без программы неизвестно, когда бы расселили все эти дома.
Как я уже сказала, сначала было много разногласий, особенно, по проектам домов. А сейчас это уже улеглось, и остались точечные вопросы, проблемы конкретных жителей. Ими занимается большая группа профессионалов. И речь не только об Общественном штабе, но и обо всех структурах правительства города.
«РЕНОВАЦИЯ ОТВЕЧАЕТ СТАНДАРТАМ СОВРЕМЕННОГО МОСКВИЧА»
– В чем преимущество программы реновации для жителей?
Прежде всего, возможность жить в комфорте, который не каждый способен себе позволить. Далеко не все соседи могут, в силу материальных или других обстоятельств, сделать ремонт одновременно. А в самом доме — тараканы, плесень, аварийное состояние коммуникаций. И, получается, даже если житель сделал ремонт в своей квартире, нет гарантии, что его не коснется общее состояние дома.
– А какие плюсы для города?
Меняется внешний облик города, обновляется дизайн. Преображаются кварталы, улицы, районы, появляются новые парки, водоемы, места для физической активности, скверы между жилыми кварталами. Семье уже не нужно куда-то ехать, чтобы погулять: все есть рядом. Считаю, что нужно сделать специальную карту районов переселения, чтобы все могли увидеть эти изменения, - улыбается Мария Николаевна.
– Какие изменения видны в вашем районе, в округе? За последние 5-7 лет.
Перемены затронули все сферы. В здравоохранении происходит реорганизация учреждений — все поликлиники «подгоняют» под единый московский стандарт. Взять, к примеру, школы. По адресной инвестиционной программе, с 2011 года, построили 35 школ, 14 детский садов в Юго-Западном округе. До 30-го года в проекте заложено еще 20 учреждений. Стоит сказать пару слов об этой самой программе. Инициатива просчитывает изменения в районе на годы вперед: с учетом строительства новых домов по реновации, прироста населения, транспортной сети, образовательной инфраструктуры.
– Более 60 лет прошло с тех пор, как при помощи массового строительства пятиэтажек люди были расселены из бараков в дома. Сейчас мы видим, в чем-то, похожую историю. Есть ли отличия?
Конечно, есть. Во-первых, сегодня все делается с учетом московских реалий. 60 лет назад не учитывалась площадь жилья: маленькая кухня, санузел, недостаточное количество «квадратов» на одного человека. Многие в таких условиях прожили всю жизнь, приехав в Москву в 18 лет и так и оставшись в пятиэтажке. Второй фактор связан с наличием удобств в доме. Что мы видим в квартире по реновации? Это коммуникации, возможность провести интернет, телевидение. Это материалы, экологически чистые и применяемые специально в жилом строительстве. Это даже то, какие уложены полы и как легко они моются — ведь тоже очень важно.
– То есть, современная программа отвечает нашим реалиям?
Тогда человек переезжал в пятиэтажку из барака, он был рад получить жилье на порядок качественнее. И уже чувствовал себя человеком. Сейчас же поколения сменились. Сегодняшний житель Москвы многое видел, ездил по миру — и требования к стандартам жизни у него выше. И все равно можно с уверенностью сказать: реновация этот стандарт выполняет.
– А что будет с «реновационными» домами и квартирами потом, когда поколения вновь сменят друг друга?
Пройдет 20 лет, и вы увидите, что общество стало совсем другим. На те изменения, что сейчас происходят в Москве, люди будут смотреть уже совершенно иначе. Потому что сегодня общество формирует новую реальность. У старшего поколения, что переезжает из пятиэтажек, есть шанс, наконец, пожить в комфорте. И это достойное жилье они передадут своим детям, внукам, - рассуждает моя собеседница. - А, пожив даже полгода в новой квартире, человек привыкает к хорошему, так же, как когда-то привык к пятиэтажке. И уже с содроганием вспоминает прошлое.
– Что можно пожелать тем, кто уже живет в новой квартире? А кто только ожидает переезда?
Обращаясь к тем, кто уже переехал, скажу: друзья, жизнь коротка. Поэтому наслаждайтесь. Наслаждайтесь тем, что получили это бесплатно, и не нужно копить на квартиру. А если и нужно, — то уже на улучшение дальнейшей жизни, когда уже есть качественное жилье. И это должно очень сильно, морально и физически, вдохновлять на жизнь и новые свершения.
Людям же, что только ждут расселения своего дома, хочу пожелать быть уверенными в том, что они переедут в комфортное жилье. Стоит набраться терпения и ждать. А самое главное — знать, что о тебе кто-то заботится. Задача же есть одна, и очень важная: настроиться. И копить на новую жизнь в хорошей квартире, чтобы к радостному моменту переезда быть морально и материально готовым.
И еще. Могу сказать об одном: все, что касается реновации — это была личная инициатива Мэра Москвы С.С. Собянина, который, на мой взгляд совершил великое дело для очень большого количества людей.
Автор текста: информационная служба Фонда реновации
Тэги:
